Преодоление приступов тревоги и депрессии с помощью духовной практики

Преодоление приступов тревоги и депрессии с помощью духовной практики

SSRF публикует эти тематические исследования с целью  предоставить некоторые указания нашим читателям в отношении проблем, которые проявляются на физическом или психологическом уровне, но которые могут иметь первопричину в духовном измерении. Мы заметили, что когда первопричина проблемы носит духовный характер,  включение духовных исцеляющих средств обычно дает наилучшие результаты. SSRF советует для лечения физических и психических заболеваний продолжать традиционное лечение наряду с духовными средствами исцеления. Читателям рекомендуется принять любое духовное исцеляющее средство по своему усмотрению.

1. Введение

Эта статья описывает историю Элисон (имя изменено в целях анонимности), которая  страдала от приступов тревоги, негативного мышления и депрессии, сколько она себя помнит. С духовной практикой она смогла выйти из этого состояния. Элисон делится с нами своей трансформации от приступов тревоги к психическому здоровью.

2. Трудное детство

Уже шесть лет я занимаюсь духовной практикой под руководством SSRF. Я родилась в католической семье, и до совершеннолетия я усердно следовала христианским традициям. За мои 39 лет большую часть жизни я страдала от приступов тревоги, которые переросли в депрессию. Я отчетливо помню, как в возрасте пяти – шести лет я страдала от постоянного беспокойства и тревоги о любых переменах, которые могли повлиять на мою семью или меня. Я помню, как стояла у окна, когда мама не возвращалась домой вовремя. Мой ум наполняли негативные мысли, которые заставляли бояться худшего, гадая, что могло случиться с ней, пока она была не дома. Это еще больше усиливало мою тревогу. В других случаях я представляла себе злых людей, которые приходят в здание, где находилась мама и причиняют ей боль или убивают ее. Или представляла, что мама попала в аварию и тяжело ранена либо погибла.

Когда моим родителям надо было уйти из дома,  нас с братьями и сестрами оставляли с няней,  я выбегала на газон, плача и умоляя их не уходить. Это несмотря на то, что они будут всего в нескольких кварталах от нашего дома. Порой я слышала, как мои родители говорили об их финансовых трудностях. Это вызывало у меня тошноту и беспокойство. Я начинала воображать, как наша жизнь изменится к худшему без денег.

Любая катастрофа, показанная по телевизору, такая как стихийное бедствие или документальный фильм о ядерной войне, приводили меня к депрессии. Я неделями была одержима воображаемыми картинками, представляя себя посреди этой катастрофы и жизни, которая, как я знала, изменится к худшему навсегда. Если я слышала штормовое предупреждение, я пряталась в подвале, трясясь и представляя себя разлученной с семьей и, возможно, умирающей одна дома. В школе, когда мне говорили что-то неприятное, я продолжала думать об этом неделями и беспокоиться, даже если проблема быстро решалась.

З. Подростковые годы, охваченные страхом

В 13 лет, когда я училась в седьмом классе, мои родители перевели меня в частную школу. Многое произошло за это время. Начались изменения в период полового созревания, также я стала активно заниматься спортом. Учебная программа была более высокого уровня, и поэтому мои обязанности в отношении обучения возросли. Долгая дорога до школы вместе с занятиями спортом сделали мой день довольно длинным, и так продолжалось все школьные годы. Я стала вступать в интимные отношения, появились мысли о цели жизни и учебе в колледже. В это время частота и продолжительность приступов тревоги увеличивалась, особенно во время школьных экзаменов, в социальной среде и перед началом игры. Тем не менее, в то время я считала, что это нормально, учитывая все, что я делала и, следовательно, никогда не чувствовала необходимости реагировать на них.

4. Юношеские годы – потеря контроля

Когда мне было 18, я уехала из семьи, начав учебу в университете. Однако, мои приступы страха продолжались. В результате этого меня тошнило, были потери аппетита, сильные беспокойства и постоянное состояние тревоги. Я стала анализировать причину приступов тревоги и обнаружила у себя низкую  самооценку и чувство дискомфорта в компании других людей. Возможно, это было следствием моей неуверенностью в отношении карьеры. Даже если я думала о карьере, о том, чем хотела заниматься, негативные мысли, что я не в состоянии сделать это, поглощали меня. Примерно в то же время я серьёзно привязалась к Сэму. Однако, после полутора лет знакомства с ним мои приступы тревоги усилились, и я не могла понять, почему это происходит. Возможно эти отношения не были мне нужны? Возможно это было связано с учебной нагрузкой, с которой я пыталась справиться? Или это тоска по дому?

Я обратилась за помощью к психологам, потому что чувствовала, что теряю контроль над своей жизнью. После беседы с психологом мне стало немного легче, но спокойствие продлилось всего пару дней. Что еще хуже, Сэм порвал со мной, заявив, что он думает, что нам нужно немного побыть порознь. Из-за разрыва отношений мир выходил из-под контроля еще быстрее. Моя самооценка упала. Из-за сильной тошноты я не могла есть, я потеряла 10 фунтов и каждый день превозмогала себя, чтобы встать с кровати и пойти в школу. У меня были негативные мысли о себе и жизни в целом, часто я спрашивала себя, для чего я вообще живу.

Я часто ходила в церковь, иногда просто сидела и молилась, надеясь получить ответы и какое-то облегчение или освобождение от этих чувств. Я умоляла Бога, чтобы приступы тревоги и депрессия исчезли, и я снова почувствовала себя нормальной. Казалось, ничто не помогало, и убедив себя, что я и мой мир должны быть совершенными, я стала подавлять свои чувства и просто жила с тревогой, находившей на меня.

Окончив учебу в университете, я пыталась поступить в аспирантуру, но не смогла. Тогда появилось решение, как избавиться от этой ужасной тревоги. Я решила бросить крысиные бега ради высшего образования, карьеры и престижной работы и переехать в горы. Там у меня будет очень мало всего – обязанностей, материальных ценностей и социального давления, чтобы стать кем-то в этом мире. Там на природе я буду свободна. Когда мне исполнилось 24, я собрала вещи и переехала в горы. Я получила работу без стресса, и все мое свободное время тратила на катание на лыжах и пешие прогулки в окружении природы и наслаждении ей. Мне не нужно было много денег, я взяла с собой очень мало вещей, и у меня было много времени для себя. Я чувствовала себя прекрасно около восьми месяцев.

Потом появились новые возможности. Повышение в должности принесло дополнительные обязанности. У меня также завязались серьезные отношения с Джейсоном. Постепенно моя жизнь возвращалась в земное русло с ее прагматизмом. Я снова начала беспокоиться о своей новой работе и своих новых отношениях и интересоваться, подходят ли они для меня. Я задалась вопросом, почему я прячусь в горах и не делаю что-то большее в жизни. Снова начались беспокойство и депрессия. Чтобы противостоять этому, я ходила, в основном одна, в длинные лыжные походы по пересеченной местности, чтобы попытаться получить ответы от деревьев, неба и снега. Как я могла быть в таком отдаленном, красивом месте и все еще чувствовать беспокойство и депрессию? Когда и где я могла чувствовать себя действительно счастливой и довольной? Наконец-то я приняла  решение вернуться в мир, чтобы сделать что-то значимое, чтобы изменить ситуацию. Я подала заявку на получение докторской степени и вернулась в «цивилизацию», чтобы закончить учебу и начать карьеру.

5. Трудности, связанные с вступлением в брак

Я поступила в аспирантуру в возрасте 25 лет. Наконец мы с Джейсоном, с которым встречались в горах, обручились. Вскоре мы поженились, купили дом и землю и вместе начали небольшой бизнес по выращиванию сельскохозяйственной продукции. В течение этого года чувство тревоги и связанные с этим физические проблемы были на рекордно высоком уровне. Тревожные мысли не утихли, я похудела, ежедневно страдала диареей и была вынуждена заставлять себя есть. Когда я не училась, я беспокоился о том, что не буду учиться, я беспокоилась о получении идеальных оценок и соревновании с сокурсниками. Я беспокоилась о том, вышла ли я замуж за правильного мужчину, и о том, как вообще возможно делать карьеру и иметь собственную семью. Такие мысли крутились у меня в голове целый день. Не имея на них ответов, я начала впадать в депрессию. Наряду с этим, я воображала, что больна раком или какой-либо другой неизлечимой болезнью. На самом деле, я пыталась убедить себя, что легче иметь неизлечимую болезнь, чем пытаться закончить учебу, заниматься семьей и работой по бизнесу. Эти мысли создали еще одну нисходящую спираль негативных переживаний и в конечном итоге привели к более глубокому депрессивному состоянию.

Я перестала полагаться на свою религию, перестала ходить в церковь и редко  молилась или говорила с Богом. Я продолжала себя убеждать, что все под моим контролем. Тем не менее, в последующие годы были трудности  не только в моей учебе, но и в браке. Мы с мужем постоянно ссорились из-за всего. В детстве я была застенчивой, тихой и миролюбивой, я выросла в любящей атмосфере, где драки и споры не были нормой. Я считала, что большинство ссор начиналось по вине моего мужа, и виню в своих вспышках гнева его личные проблемы. Я чувствовала себя жертвой в браке. Мы отдалились друг от друга, мы не знали чего мы хотим друг от друга, но мы были уверены, что это не то чего хотел другой. После четырех лет, получив докторскую степень я начала трудную карьеру и мой брак медленно распадался. Мы с мужем разъехались, и впервые я обратилась за помощью к психиатру. Раз в две недели, посещая ее кабинет, я говорила о том, что мой муж делал не так, о том, как я была несчастна, о своей депрессии. Консультант углубилась в историю моей семьи. Мои дедушка, отец и дядя в свое время также страдали от тревоги и депрессии, и казалось, что часть ответа по поводу моего состояния лежит в моей генетической структуре. Когда мы провели дальнейший анализ моего прошлого, то пришли к выводу, что у меня, возможно, также была физическая проблема с мозгом. Психиатр считал, что мой мозг не работает нормально, поскольку ему не хватает определенных химических веществ. Были рекомендованы антидепрессанты, от которых я быстро отказалась, поскольку не хотела полагаться на лекарства.

Во время раздельного проживания муж также согласился пойти со мной на семейную консультацию. После озвучивания и обсуждения наших разногласий с третьей стороной мы почувствовали себя немного лучше. Тогда моему мужу порекомендовали принимать антидепрессанты. Он согласился  и принимал их в течение следующего года. На какое-то время он прекращал прием лекарств, а затем опять начинал принимать их. Это создавало еще более сложные ситуации в нашем браке, которые в конечном итоге подтолкнули нас к окончательному разрыву.

В возрасте 30 лет распад моего пятилетнего брака привел меня к хронической депрессии, с которой я боролась, строя свою новую карьеру. Я продолжала посещать сеансы психотерапии раз в две недели, что в свою очередь привело меня к тому, что я наконец-то согласилась попробовать успокоительные антидепрессанты. Чем хуже я справлялась с жизненными проблемами, тем больше мне рекомендовали увеличить дозу лекарств. К концу третьего года лечения моя доза увеличилась в три раза.

Даже несмотря на то, что все лекарства, которые я принимала, подавляли некоторые изнурительные приступы тревоги и депрессии, я все еще чувствовала, что чего-то не хватало. Я размышляла о том, что в это время моя вера отошла на второй план и я искренне хотела восстановить свою связь с Богом. Я начала с того, что достала желтые страницы телефонной книги и открыла раздел о церквях. Я наугад касалась своим указательным палецем строки с названием любой церкви, и заставляла себя сходить на их службу в ближайшее воскресенье. Жёлтые страницы вскоре стали покрыты красными линиями и крестами, обозначающими все церкви, которые, как я чувствовала, мне не подходят. У меня было много вопросов о том, как снова найти Бога, и послания в этих церквях не отзывались во мне. Мои книжные полки были переполнены книгами по саморазвитию. Эти книги вдохновляли меня и давали ощущение жизни, но этого хватало на неделю, даже если я дочитывала  книгу до конца.

Наконец я начала регулярно ходить в евангелистскую церковь и присоединилась к группе по изучению Библии. Когда мне было 33 года, у меня начались новые отношения. Мой друг также посещал эту церковь. Я все еще подвергала сомнению некоторые системы верований этой новой церкви, поскольку они сильно отличались от моих. В результате, мне было неудобно делиться своими убеждениями с группой. Мои новые отношения слишком сильно колебались, и я постоянно пыталась понять, чего я хочу. Как только отношения стали более серьезными, я заметила, что появляются те же проблемы, что и в моем предыдущем браке. Именно тогда я решила, что действительно хочу измениться, чтобы история не повторилась.

6. Поворотный момент – преодоление приступов страха и депрессии

Единственным инструментом, который я продолжала использовать в качестве подстраховки, была моя практика йоги. Я практиковала йогу в основном из-за ее физической пользы, однако, я поняла, что это может частично облегчить мое состояние тревоги. Раньше я не занималась йогой каждый день, но теперь я выбрала группу, где занятия проходили ежедневно. Именно через эту новую группу, которую я стала посещать, и его учителя я познакомилась с SSRF. Однажды находясь в студии одна, я открылась своему новому учителю йоги, который был искателем, практикующим Духовность под руководством SSRF. Я говорила ему, что в течение многих лет я чувствовала себя далекой от Бога. Мой учитель просто сказал: “Ты не думаешь, что Бог хотел бы снова иметь с тобой отношения?” В этот день я начала свою духовную практику с SSRF. Мой учитель рекомендовал мне встретиться с его женой, так как он считал, что она сможет лучше объяснить духовные концепции. Мы начали встречаться и наши дискуссии начали прояснять большую часть путаницы, которая у меня была по поводу религии и Духовности, а также почему тревога и депрессия так долго охватывали меня. Мы начали еженедельные Сатсанги, и я начала изучать всю информацию, находящуюся на сайте SSRF.

7. Регулярная духовная практика и позитивные изменения

Впервые в жизни я начала ежедневно практиковать Духовность под руководством SSRF. Я начала воспевать Имя Бога, погружаясь в молитву и совершала усилия, чтобы увеличить духовную эмоцию (бхав). Духовная практика, включала также работу над уменьшением моего эго и устранением личностных дефектов. Я записывала ошибки, которые я совершала в течение дня, а также, какими должны были быть правильные действия. Потом я составляла самовнушение, которое предотвратило бы повторение моей ошибки. Наряду с этим я применяла меры духовного исцеления, рекомендованные SSRF, такие как очищение соленой водой.

Я начала понимать причину моего беспокойства и депрессии, что они были вызваны духовной проблемой, а не физической проблемой, связанной с моим мозгом.

Через год после начала духовной практики под руководством SSRF моя жизнь стала меняться к лучшему. Я снова вышла замуж, начала работать неполный рабочий день, родила ребенка, и моя ежедневная духовная практика стала основой моей жизни. Приступы тревоги стали уменьшаться, несмотря на то, что на этом пути было много сопротивления. Приступы депрессии появлялись все реже и реже. Вместо того, чтобы беспокоиться о чем-то неделями, эти чувства исчезали через несколько дней, а затем, в конечном счете, через несколько часов.

Например, раньше, когда я совершала на работе серьезную ошибку, я была опустошена. Я снова и снова мысленно повторяла свою ошибку и в итоге зацикливалась. У меня начинались негативные мысли о себе, и я впадала в депрессию. Однако после того, как я начала регулярную духовную практику с использованием методик, предоставленных SSRF, я справлялась с ситуациями в моей жизни намного лучше. Сейчас, когда на работе случаются серьезные ошибки, я легко их принимаю и в следующий раз с большим желанием стараюсь делать лучше.  Я до сих пор в некоторой степени зациклена на ошибках, но не днями или неделями, как раньше. Теперь я знаю, что делать, чтобы противостоять этой ошибке на психологическом и духовном уровнях, чтобы предотвратить ее повторение. Это придает надежду и стойкость вместо беспокойства. Теперь вместо негативной реакции, когда я смотрю на ситуацию, то вижу в ней Божий урок. Это та свобода, которую я искала взамен своей прежней несчастной жизни.

Духовные средства стали превращаться в мои новые “антидепрессанты”.  Моя духовная практика и Божья милость позволили мне сократить мои лекарства в течение нескольких месяцев и, наконец, прекратить их прием. Даже мои отношения с супругом изменились к лучшему. Я могу принять разногласия, которые у меня есть с моим мужем. Я начала воспринимать наше недопонимание как урок и понимать, что есть какая-то причина в том, что наши  отношения не идеальны. Мой муж тоже заметил изменения, так как я стала менее вспыльчивой, менее субъективной и у меня стало больше принятия людей и ситуаций. Моя карьера, хоть она мне и нравится, не является больше для меня приоритетом. Я занимаюсь ей, чтобы помочь другим, как мне помогли, и делаю это как часть моей духовной практики, используя каждую ситуацию для духовного роста.

Поначалу я боялась прекратить принимать успокоительные препараты, потому что это стало моей опорой в предотвращении тревоги и депрессии, с которыми я боролась в течение стольких лет. Благодаря духовной практике я испытала более высокий уровень счастья, душевного спокойствия и душевного благополучия, которого я никогда раньше не испытывала с помощью лекарств. В результате я знаю, что буду продолжать вкладывать все силы в свою духовную практику. Появляются ли у меня негативные мысли, приступы тревоги, депрессивные мысли и иллюзии? Они есть, но главное достижение заключается в том, что теперь я немедленно использую методы, которые я освоила с помощью SSRF, и они  почти сразу дают положительный результат.

8. Комментарии SSRF

Приступы тревоги у Элисон не являются редкостью; большая часть людей в обществе в той или иной степени сталкиваются с приступами тревоги, хотя и не в такой степени, как  Элисон.

В рамках SSRF мы провели духовные исследования различных случаев психических заболеваний. Мы обнаружили, что в большинстве случаев проблемы, связанные с умом, имеют свои коренные причины в духовном измерении, а не в психологическом. В ходе духовных исследований было также установлено, что духовная первопричина большинства проблем у людей вызвана умершими предками.

Для преодоления таких проблем SSRF рекомендует следующие шаги:

Сознательный ежедневные усилия в духовной практике и саттвичный образ жизни помогают нам укрепить наш ум и защитить нас от вредных элементов в духовном измерении,  так же, как это помогло  Элисон.